По кругу

Для справки: в Рязанской области нет практики отстаивания интересов журналистов в юридическом плане. За последние десять лет известно лишь об одном обращении в региональную прокуратуру из-за непредоставления информации по официальному запросу СМИ. Решение было принято в пользу журналиста, но других заявлений не последовало, хотя недовольных сроками или содержанием ответов от органов власти предостаточно. Ещё восемь лет назад с руководителями различных ведомств можно было оперативно встретиться и задать им вопросы. Тогда было сложно представить, что наступят времена когда главным источником информации станут лишь документы, которые должны публиковаться в обязательном порядке. На помощь пишущей и снимающей братии пришло федеральное законодательство, обязавшее власть обнародовать свои нормативные акты ещё на этапе проектов. Хотя и здесь свои особенности: документы иногда обнародуются в таких закромах официальных ресурсов, в которые ещё надо постараться добраться.

Очередной стадией игры в догонялки стало принятое в феврале 2015 года решение о том, чтобы журналистов перестали пускать на заседания комитетов Рязанской городской Думы. К слову сказать, эти заседания никогда не привлекали толпы представителей СМИ. Их в основном посещали корреспонденты информационных агентств, а уже их публикации могли стать поводом для дальнейших журналистских исследований и расследований. При этом самое удивительное, что ничего такого секретного местный представительный орган принять не может просто априори, от этого завеса таинственности выглядит порой просто анекдотично. Какие проекты выносятся на комитеты? Одним заявителям депутаты собираются отказать в снижении стоимости аренды муниципального имущества, другим — в предоставлении помещения, третьим — не собираются ни в чём отказывать. В принципе, на комитетах может обсуждаться всё, что угодно, и далеко не факт, что обсуждаемое доживает до какого-то решения. Но для местных СМИ комитеты — это источник первичной информации, которая касается жизни Рязани. Проще говоря, это те самые новости, ради которых читатели и/или зрители ещё пользуются местными СМИ. Так уж совпало, что закрытие комитетов для журналистов произошло на фоне попытки передачи имущества «Водоканала города Рязани» в управление по концессионному соглашению. Это одна из немногих за последние годы резонансных местных тем, к которой имела отношение Рязанская городская Дума. И есть версия, что все комитеты оказались закрытыми от журналистов именно из-за неё. Впрочем, тема сошла, а комитеты всё не открываются.

А происходило всё так. Сначала пресс-служба Рязгордумы перестала предоставлять документы по рассматриваемым вопросам, потом начала присылать переделанные повестки заседаний комитетов, убирая из них все интересные вопросы в надежде, что журналисты не захотят терять время. При этом неофициально это вообще заявлялось как помощь СМИ: зачем вам, мол, время терять, мы сами всё сделаем и пришлём релизы. И действительно присылали, при этом от повесток комитетов конечные релизы отличались лишь прошедшим временем глаголов. В итоге не достигнув результата, гордума пошла на крайние меры и запретила представителям СМИ посещать заседания комитетов вообще.

Это, естественно, вызвало скандал. Ситуацию прокомментировали федеральные политики, но рязанские депутаты своему решению стойко нарушать законодательство о СМИ не изменили. Наиболее результативным оказалось обращение в ОНФ. В Генеральную прокуратуру было направлено заявление. Правоохранительные органы пришли к выводу, что в Рязани совершенно не сформирована нормативная база и следует разработать положение об аккредитации журналистов при Рязанской гордуме. Порядка месяца заняла подготовка этого документа, ещё пару месяцев журналисты исправно аккредитовывались. Аккредитовались и попробовали вновь попасть на заседания комитетов по предложенной схеме. Однако результат оказался опять отрицательным. Средствам массовой информации в Рязгордуме по-прежнему были не рады. Прошёл почти год.

Ростки надежды вновь стали пробиваться в самом конце 2015 года, когда председатель гордумы Андрей Кашаев, который принял решение о закрытии от журналистов комитетов, покинул свой пост. На его место пришёл Владислав Фролов. На своей пресс-конференции ещё до утверждения в новой должности он пообещал журналистам решить наболевший вопрос. Но сразу же после того, как занял руководящее кресло, обещанию своему изменил и комитеты для СМИ не открыл.

Итак, в начале этого, теперь уже клонящегося к закату года РИА «МедиаРязань» решило проверить правовую систему на прочность. Мы совершенно точно понимали, что федеральный закон на нашей стороне и что журналистов обязаны пускать на заседания комитетов Рязгордумы. Осталось выяснить, какая именно структура сможет восстановить эти права и как долго нам придётся за это бороться. Мы не намеревались подключать публичные механизмы или давить через общественное мнение. В данной ситуации мы выступали в роли рядовых рязанцев. Наша основная задача состояла в полном и неукоснительном соблюдении всех норм и прохождении всех предложенных кругов бюрократической спирали.

Для начала мы обратились к новоиспечённому председателю гордумы Владиславу Фролову письменно. Он прислал пространный ответ, в котором не было ни положительного, ни отрицательного решения. Далее журналист агентства направил заявку на посещение заседаний комитетов в полном соответствии с разработанными правилами аккредитации и регламентом гордумы. Письменно ему не отказали, но на заседание не пустили, объяснив на пункте охраны, что его нет в списке приглашённых лиц.

Это послужило основанием для обращения уже в правоохранительные органы. Заявление было намеренно направлено в областную прокуратуру, чтобы главный правоохранитель региона, призванный следить за соблюдением федерального законодательства, мог контролировать ход дела. Как и предусмотрено законом, месяц заявление находилось в областной прокуратуре, а затем его переслали в прокуратуру Советского района города Рязани, где его рассматривали ещё один месяц. По истечение этого времени был получен ответ, что «все доводы, изложенные в обращении, нашли подтверждение, в связи с чем прокуратурой района председателю Рязанской городской Думы внесено представление об устранении нарушений законодательства о средствах массовой информации». Ещё через месяц прокуратура узнала, к каким выводам пришла гордума после наказания. Результатом рассмотрения представления стал ответ Владислава Фролова, смысл которой можно свести к фразе «мы больше не будем».

Впрочем, дождавшись очередных заседаний комитетов, а это дело довольно редкое, мы вновь по всем нормам и правилам направили заявку на участие корреспондента. И вновь в назначенное время он был остановлен на пункте охраны и не допущен на заседание. И вновь мы обратились в прокуратуру, предполагая, что повторное нарушение станет основанием для более жёсткого наказания. Традиционная пара месяцев ожидания и — прокуратура вновь посчитала наши доводы подтверждёнными и вынесла предписание об устранении нарушений.

Этот содержательный, но ничего не решающий ответ мы получили 15 ноября 2016 года. Он говорит лишь о том, что мы можем бесконечно долго писать заявления, прокуратура будет вносить представления, а гордума их не исполнять. К моменту получения второго ответа прошёл почти год с начала борьбы за получение того, что вроде как положено по закону. При этом не очень понятно, чего добивались и добиваются депутаты, и добились ли. Потому что в полуофициальных беседах с ними периодически звучит термин «информационная безопасность», однако кого и от чего приходится таким образом защищать, непонятно совершенно. По крайней мере, гордуме ещё не удалось утаить ни одного мало мальски общественно интересного вопроса, более того, все они всплывали на неподвластных медийных площадках, причём в передёрнутом виде и в самых кошмарных интерпретациях, которые потом приходилось долго опровергать. А этого можно было заранее избежать, просто пустив на комитеты легальных журналистов.

Итог года общения с народными избранниками и установленными законом защитниками – потраченные впустую силы и время. Впрочем, впереди третий год прохождения кругов рязанского бюрократического рая, а между тем до выборов депутатов нового состава городской Думы осталось уже меньше двух лет.