: Здравствуйте, дорогие радиослушатели! В эфире диалоги о главном. В студии я ― Евдокия Кузьминична и она ― Ксюша.
Похлёбкина: Как так можно, Ксюша! Почему без определённых жизненных принципов? По-моему, вы вообще иногда не понимаете смысл слов, которые слетают с ваших юных уст. Где-то услышали в нехорошей компании, теперь повторяете.
Акула: Ну хоть насчёт великого возраста не возражаете.
Похлёбкина: А я этим горжусь. Знакомьтесь, дорогие мои радиослушатели: Ксюша Акула ― девочка-ромашка (занюханная), аппендикс нашего времени, активный потребитель чипсов и чипсов с луком. Не замужем и без перспектив, живёт с родителями, иногда притворяется паинькой.
Акула: Хватит уже. Давайте ближе к делу, то есть новостям.
Похлёбкина: Давайте. Что по-вашему, Ксюша, сегодня главного на повестке дня?
Акула: Ой, так сразу и не сосредоточишься. Во-первых, морозы. Помню, под Новый год, когда была слякоть и не пойми что, я аж голос сорвала под ёлкой, требуя настоящих Деда Мороза и Снегурочку. Теперь вот жалею… Не для меня это, мозг стынет.
Похлёбкина: Не преувеличивайте, Ксюша. По космическим меркам это нормально.
Акула: Что нормально?
Похлёбкина: Когда холодно там, где пусто. Ведь космос оно что?
Акула: Что?
Похлёбкина: Вакуум и холод.
Акула: Такое чувство, Евдокия Кузьминична, что вы меня как-то обидели...
Похлёбкина: Вам показалось. Ну так дальше. Мороз ― это да, новость номер один. Вообще
МЧС даже предупредило рязанцев, чтобы поаккуратнее на свежем воздухе.
Акула: Конечно. Ведь есть риск что-нибудь отморозить.
Похлёбкина: Не отморозить, а обморозить, Ксюша. Не переживайте вы так, дома сидите или в этих, как их, клубах грейтесь.
Акула: Спасибо. Но мне
на митинг надо 4 февраля.
Похлёбкина: Куда?! Ксюша, вы меня удивляете, что с вами стряслось? Появились политические взгляды или новый бойфренд, спешите соответствовать?
Акула: Ну да, бойфренд. Хотя и политически взгляды у меня тоже есть, между прочим. Хватит ко мне относиться как к чучелу, у меня тоже есть голос и эта, как её, позиция!
Похлёбкина: Слышу-слышу. Так что за митинг, извините?
Акула: Против революций. Состоится 4 февраля в полдень на площади Победы.
Похлёбкина: И что скандировать планируете?
Акула: Не позволим решать за нас!
Похлёбкина: Я тоже против резких движений, кстати. В своё время ходила в музыкальную школу и вот что уяснила. Если расстроился инструмент, лучше его настроить и продолжать играть дальше, а не ломать об стенку. Потому что новый не факт что вообще настроится.
Акула: Точно! Я бы так не смогла выразиться.
Похлёбкина: Ну идите-идите, потом расскажете. Вы кстати, статьи Путина читали?
Акула: Конечно!
Похлёбкина: А «Войну и мир»?
Акула: На что вы намекаете, Евдокия Кузьминична?
Похлёбкина: Я не намекаю, Ксюша, я сомневаюсь.
Акула: Не сомневайтесь.
Похлёбкина: Ну и о чём?
Акула: О непростой жизни русского дворянства во главе с поручиком Ржевским.
Похлёбкина: Я про статьи Путина.
Акула: Это тема отдельного разговора.
Похлёбкина: Давайте в следующий раз?
Акула: Договорились.
Похлёбкина: До свидания, дорогие радиослушатели!
Акула: Чмоки-чмоки.
