Подробности > Дело

09.04.2013 00:00

Своими руками

Лесник из Скопинского района Виктор Соловьёв, недавно получивший звание Заслуженного лесовода России, решил посоревноваться с Сергеем Худековым, создавшим в конце XIX века Сочинский и Ерлинский парки-дендрарии.

У Виктора Соловьёва уже имеется опыт решения неразрешимых задач. Почти за 40-летний стаж работы лесником он сумел озеленить терриконовые горы, оставшиеся после разработки угля. Кроме того, в 2002 году лесной участок, которым он занимался, был зарегистрирован как памятник природы регионального значения под названием «Урочище Чапыж». Теперь Виктор Соловьёв взялся за создание парка-дендрария, который располагается неподалёку от посёлка Князево Скопинского района..
— Мысль о создании дендрария у меня в голове возникла уже давно, — рассказывает Соловьёв. — Хотелось что-то доброе для Скопинского района сделать. Был в Кораблинском районе в дендрарии Худекова. Решил сделать ещё лучше, чтобы мой дендрарий был ценнее по набору пород. Прежде чем приступить, нужна была земля. Меня поддержал глава администрации района Михаил Пронин. Если бы не он, никакого дендрария бы не было. Я и раньше обращался, но надо мной только посмеивались. А тут ещё и техникой помогли на начальном этапе.

— Виктор Васильевич, так когда вам дали землю?
— Осенью 2011 года, потом сделали размежевание. Площадь — около 10 гектаров. В прошлом году я уже полностью приступил к дендрарию.

— В чём особенность вашего дендрария?
— Центральное место я отвёл липовым аллеям. Липа всегда была ценным деревом. Когда-то все богатые делали дома из липы. Это ещё и медосбор, и приятный аромат, который заполняет летний воздух. Ширина аллеи — 3,5 метра, чтобы по ней можно было проехать и на легковом автомобиле. Две аллеи — это ясень, четыре — берёза, ещё две — сосна. Кое-где по берёзе я ввёл ель, — это позволит установить природный обмен питательными веществами. Если сажать чистую берёзу, то через некоторое время потребуется подкормка азотом. Здесь такого не нужно будет делать. Кроме этого, у меня и каштаны, и лиственницы, и рябина, и калина, и лещина, и смородина, и малина. Моя задача — собрать всю древесно-кустарниковую растительность, которая произрастает в Центральной России, ну и немного взять со стороны. Например, взял сибирскую пихту, американский клён, у которого вдвое лист крупнее, чем у клёнов, к которым мы привыкли. Кроме того, взял маньчжурский орех. Планирую посадить кедр, после чего формирование дендрария фактически будет завершено.

— То есть можно сказать, что задумка в полной мере уже почти реализована? Может ли ваш дендрарий соревноваться с Ерлинским парком-дендрарием, созданным Сергеем Худековым?
— Осенью к нам приедет доктор биологических наук Мария Казакова — для того, чтобы сделать заключение. Она занимается изучением флоры Средней России, делала заключения по всем местным полям и лесам.

— Какие работы ещё предстоят?
— Сейчас дело в уходе. Под Рязанью, на песках, требуется три года ухода, а у нас пять лет. Сейчас предстоит уничтожение сорняков, установка аншлагов. Если сейчас это всё забросить, то деревья погибнут.

— Вы один всё делаете?
— В основном, да. Школьники ещё помогают. В этом году воспитанники станции юных натуралистов планируют присоединиться к уходу, — это учащиеся из сельских школ. Так что ждём настоящую весну.

— Через сколько лет дендрарий подрастёт до такого состояния, что можно будет приехать, погулять по аллеям, отдохнуть?
— Отдохнуть можно уже сейчас. Один гектар в дендрарий мы ввели из состава уже взрослого берёзового леса, который я сажал в 1989 году, когда работал лесником. Сейчас я его очистил от валежника, установил лавочки. Приезжайте.