15 августа. На Оке.

Из далекого дыма зарычала моторка. Звук производил странное впечатление: казалось, кто-то буксует по водной глади.
Наконец, перед рыбаками показались очертания тяжело огруженной резиновой лодки.
В ней буквально битком сидели два мужика и три крепких девицы. Дыма им было мало — они еще и курили.


Вокруг буйка нарезала круги кричащая крачка. Из ее клюва свисала рыбка.
Где-то на третьем кругу крачка все-таки садилась на буёк к другой крачке, которая скрипела и, возможно, дожидалась той самой рыбки.


Вдоль островков кормился длинноногий поручейник.
По сравнению с приземистыми чернозобиками поручейник показался мне очень крупным, я было приняла его за не виденног ранее большого улита, но egor_13 меня переубедил.


Грач на берегу расправлялся со свежей коровьей кучей. Комья так и летели фонтаном.


Днем чуть подальше, недалеко от устья Листвянки, видели варакушка на илистой отмели.
Ил там такой глубокий и жирный, что еще недавно не выдерживал шагов — там тянутся две цепочки глубоких следов, в каждом из которых вьются мириады мошек. Трясогузки то и дело прыгают вглубь следа и там стоят с раскрытым клювом, так и едят.
На Листвянку мы ездили, чтобы посмотреть на знаменитый у местных жителей водопад. Проню не видели эти жители! Обычные три порожка, причем не натуральные, а из квадратных бетонных плит. Тоже мне водопад, да еще и какая-то водо-, то ли -заборная, то ли -распределительная бетонная фигня на фоне.


Зато на берегу во время засухи разрослось куриное просо с забавными колосками-растрепками.