СТАЛИНГрАД

Фёдор в интервью говорит, что в ленте за основу взяты эпизоды и канва романа Гроссмана «Жизнь и судьба». Где вы видели читающую молодёжь? У нас в стране и так-то читают не более 6% (это с газетами и журналами). Сказано Бондарчуком заманчиво, но что-то как-то очень далеко от оригинала получилось. В фильме мы не видим именно ТОЙ войны, как у Гроссмана, прежде всего, за Родину. В «Сталинграде» даже фрицы воюют каждый за своё. Происходит некое раздробление, мозаичность мышления. В фильме нет цельности, стержня. Хочешь – так трактуй, а хочешь – эдак. Объективизм в угоду западным заказчикам и в угоду потенциальному западному зрителю. Как говорится, навстречу баблу. Юный зритель, посмотревший этот фильм, априори не знающий никакой истории вообще, в лучшем случае из просмотра ничего не вынесет. А в худшем, скорее всего, решит, что Россия, действительно, «проклятая страна», коль на неё напали люди (героически показанные, кстати), «с которыми Бог».

Этот эпизод фильма у нас с женой вообще вызвал оторопь. Офицер Вермахта Питер («Пьетья») Кан, браво прохаживаясь перед строем фашистов, на фоне барельефа Сталина рассуждает, что, дескать, мы победители, потому что с нами Бог («Gott mit uns»), а русские, следовательно, по логике вещей, безбожники, поэтому воюем мы за дело и просто обязаны дойти до Индии, где «красавицы с шестью руками». Сугубо в экклезиологическом плане и мотивация-то больше похожа на исламскую. Ну, да ладно, откуда Фёдору об этом знать. Фёдору нужно показать зрелище. Реклама обещала многое. Вместе с тем даже в этом аспекте зритель в очередной раз был обманут. В ленте нет практически ни одной действительно масштабной и качественно снятой батальной сцены. Эпицентр зрительского внимания смещен в сторону спецэффектов, каких-то сомнительных частностей. Может быть, сказывается режиссерский «талант», но, как мне кажется, даже по этому прозападному сценарию можно было бы снять и лучше. При всём при том, что фильм старательно монтировался в 3D, качество картинки оставляет желать лучшего, декорации бутафорские и перемудренные, не так много сцен, где этот формат действительно оправдан. Видна невооружённым взглядом попытка заигрывания именно с детско-юношеской аудиторией: все эти замедленные движения, полёты в стиле шаолинь кун-фу, внешние эффекты – взрывы, падающие самолёты. Всё это, возможно, и красиво для кого-то, но уже так набило оскомину. В частности и по этой причине лента получилась довольно затянутой.

Акцент как бы сделан не в пользу войны, а в пользу любви и всеобщих принципов гуманизма. Дескать, за мир во всём мире! Все люди братья и должны помогать друг другу. Но Великая Отечественная война – это не тот случай, где можно делать кино про что-то другое вне контекста борьбы русского народа против фашизма, вне контекста зверств фашистов и истиной личины гитлеровской адской машины. Показано две истории любви на фоне разрушенного до основания города. Но такие детские характеры и сцены! Ничего стоящего, никакого драматизма, всё довольно плоско и пошло. По воспоминаниям ветеранов известно, что за время всего лишь нескольких месяцев войны люди менялись радикально, а в «Сталинграде» мы видим какую-то Санта-Барбару, да и только.

Особо следует уделить внимание противоречиям в образе немецкого офицера Кана. Нам с женой показалось, что, вот, сейчас, после насилия над русской девушкой он начнёт каяться, а по-настоящему русская поруганная девчонка вонзит-таки появлявшийся нож в спину «герою». Но не тут то было! Вместо этого он нас же всех обвиняет в том, что стал таким зверем. Он считает себя солдатом чести (на самом деле – удачи), считает зазорным стрелять в спину, называет русских бандитами, а сам тут же подстреливает одного из наших офицеров именно в спину. Нас призывают поверить, что гитлеровский поддонок мог воевать не за идеи параноидального негодяя, а за русскую девушку! Дескать, миром правит любовь и «будь проклята эта война»! Эдакий неогуманизм, те самые общечеловеческие ценности, на которых весь Запад уже полностью свихнулся. Я не знаю, может, Фёдор Бондарчук в детстве хипповал и ему до сей поры не дают покоя идеи хиппи: кури, люби, расслабляйся, а война – это «западло». Даже если Родину рвут в клочья, убиваю, грабят, насилуют, сжигают, расстреливают, то не надо класть душу за други своя, надо заниматься любовью. И это ещё одна идея, которую вынесет юный зритель после просмотра «Сталинграда».
Русские солдаты в этом кино показаны какими-то недоделками: кто-то повторяет одну и ту же фразу, кто-то всё время молчит, а боцман и вовсе не нашёл ничего лучшего, как совершить морской заплыв в импровизированной ванной. Капитан, который руководит обороной стратегически важного дома, с одной стороны, с лёгкостью расстреливает из снайперской винтовки своих же мать и дитя (из идей гуманизма! Нельзя же фрицев извергами показать), а, с другой стороны, он яростно набрасывается на своего же солдатика, который помог ключевой героине фильма Кате завалить фашиста. Человек, имеющий хоть какой-то жизненный опыт и знающий мало-мальски историю, никогда не поверит в то, что офицер, прошедший несколько войн, у которого «никого не осталось» может жалеть в такой ситуации убитого фашиста. Ну, так гуманизм же! Режиссёр ставит нашего снайпера ниже зверя, животного. А то, что периодически за кадром звучит голос с важной к случаю информацией, так это же не визуализировано. А для современной молодёжи то, что просто сказано, -в одно ухо влетело – в другое вылетело. На это и расчет, - в памяти останутся только зрительные образы, эмоции и…жалость по безжалостно убиенному немецкому солдатику. Никто не вспомнит, что он, шедши до Сталинграда расстреливал, грабил, насиловал, сжигал. И не одного-двух человек, а деревнями и городами.

На фоне наших буквально черномазых солдат эдаким щёголем выглядит немецкий полковник. (Кстати, ещё один существенный прокол – война, грязь, голод, а у солдат зубы, как с глянцевой обложки). Периодически, правда, и ему не дают покоя вши, даже перед «героической» кончиной. Но это ничего, - в остальное время он выглядит так, что только на приём к Геббельсу: постоянно бреется, умывается, кушает вилкой и ножичком, пьет рейнское из бокальчика. Вот вам, смотрите, какая аккуратная и образованная арийская раса, и мы, русские, – «варвары». Лучше б они нас завоевали, стали бы такими же культурными. Какая знакомая современная мысль! Фёдор здесь, конечно же, не оригинален. Но Бондарчук младший проявил «недюжинную» оригинальность в самом начале фильма. После буквально обрыдшей рекламы мы с женой даже не поняли, когда же начался «Сталинград». Ибо начало фильма ознаменовано приплетенной ни к селу, ни к городу катастрофой в Японии. Сначала я подумал, что это очередная реклама, а оказалось, что это уже Федорино горе пошло. Увязка с катастрофой в Японии преследует ту же главенствующую идею – невзирая ни на что (напали на тебя – не напали), воевать «западло», все люди братья, со всеми «Бог», все должны помогать друг другу. Неогуманизм и экуменизм в современной красочной упаковке.

Не думаю, что на подобного рода фильмах можно и нужно воспитывать чувство патриотизма. Истинный Сталинград в ленте не показан, он есть в других фильмах, других книгах, но их, к большому сожалению, почти никто не смотрит и не читает. В них не интересно вкладывать даже отечественному телеканалу «Россия 1», имя которого предваряет «Сталинград» Бондарчука. Надо показывать «что-то новое, современное…тили-тили, трали-вали»... «Сolumbia pictures» не представляет…