Кто оживит землю?

В хозяйствах области полным ходом идёт уборка зерновых, аграрии надеются, что капризы погоды не помешают им собрать хорошие урожаи. Но урожаи могли бы быть ещё выше, если больше 460 тысяч (!) гектаров пашни в регионе не зарастали молодыми берёзами да сорной травой. Самое обидное — брошенные земельные наделы отнюдь не бесхозные: практически у каждого необрабатываемого участка есть свой хозяин. Вот только возделывать принадлежащую им землю стремятся отчего-то далеко не все.

Сомнительный бизнес
Первая причина, по которой земля простаивает «без работы»: её используют исключительно как недвижимость в целях вложения средств. Логика тут несложная: сегодня вы покупаете поле по одной цене, а через три-четыре годика перепродаёте по другой — более высокой. Можно ли как-то противодействовать этому крайне сомнительному, с точки зрения аграрного благополучия региона, бизнесу?

В своё время распродажу крестьянских паёв воспринимали как способ дать земле новый шанс на работу. Но не вышло: оказалось, что многие покупатели и не собирались ничего сеять или сажать... Именно поэтому ещё 4 года назад Госдума упростила процедуру изъятия земельных наделов у таких собственников, а уже в январе этого года увеличила штрафы за нецелевое использование земли.

Как сообщили нам в министерстве сельского хозяйства и продовольствия области, в настоящее время ведомство активно взаимодействует по вопросам целевого использования земель сельскохозяйственного назначения с Управлением Россельхознадзора. В случае если в минсельхоз «поступает информация о фактах неиспользования земельных участков для сельскохозяйственного производства, она незамедлительно направляется в орган государственного земельного надзора для принятия соответствующих мер и привлечения собственников к ответственности». То есть законодательный механизм вроде бы проработан... Но по факту чиновники берут на себя только функцию по передаче сведений о нерадивых землевладельцах в надзорные органы. А вот выявить эту информацию и предоставить её в министерство — обязанность администраций муниципалитетов.

Правда, найти хозяев каждого когда-то проданного надела не так-то просто. Но без такой тотальной земельной инвентаризации проблемы с мёртвой точки не сдвинешь.
— На то, чтобы составить реестр всех собственников по кадастровым номерам, у нас ушло около пяти лет, — рассказывает начальник управления экономики и сельского хозяйства администрации Скопинского муниципального образования Елена Савкина. — Но эта большая работа впоследствии дала возможность через Россельхознадзор привлечь неэффективных собственников к ответственности. Одного такого землевладельца оштрафовали на полмиллиона рублей, другого — на 250 тысяч. После этого у первого сразу появилось желание сдать свою землю в аренду, второй — засеял угодья самостоятельно.

К слову, до начала земельной инвентаризации в Скопинском районе засевали от силы 40% от имеющихся земельных наделов. Сегодня засевают почти 60%. Опыт Скопинского, Рыбновского и других районов области, в которых за несколько последних лет сумели вернуть в оборот значительные площади земель сельскохозяйственного назначения. доказывает: от активности чиновников на местах зависит очень многое.

Реанимации не подлежат?
Есть, однако, и другая проблема, из-за которой сельхозугодья не «работают», и справиться с ней порою едва ли не сложнее, чем с предприимчивыми аграрными дельцами. В минсельхозе нам обозначили её, как «банкротство и прекращение деятельности отдельных сельскохозяйственных предприятий». Но от себя добавим: банкротство банкротству рознь. Одно дело, когда фермер-неумеха разорился из-за того, что бестолково распоряжался средствами, так на его место тотчас же придёт другой — более грамотный собственник. И совсем другое — когда причины банкротства не зависели от пресловутого «человеческого фактора».
— На наших песчаных почвах даже картошка плохо растёт. Поэтому и растениеводческие хозяйства разоряются, и инвесторы к нам не идут, — рассказал заместитель главы администрации Кадомского муниципального образования по экономике и сельскому хозяйству Николай Бурмистров.

По площадям земель, используемых в сельхозобороте, кадомчане уже не первый год в аутсайдерах. Так, весной этого года здесь засеяли меньше 20% районных полей. Как говорит Николай Владимирович, в районе нынче осталось только два сравнительно крупных предприятия, на которых выращивают птицу и скот, да с пару десятков фермеров. Словом, бегут аграрии из «бесперспективного» муниципального образования без оглядки... Как помочь району? Можно предложить только одно: раз местные власти не в состоянии кардинально изменить ситуацию, своё слово должно сказать региональное сельскохозяйственное ведомство. И речь в данном случае идет не о финансовой поддержке, а, скорее, о стратегических переменах, способных реанимировать районный сельскохозяйственный комплекс.

Фермерам не по зубам...
Есть и ещё пробел в аграрной поддержке, на который чиновникам неплохо было бы обратить своё внимание. Сегодня взяться за расчистку полей, заросших сорняками и деревьями, под силу только достаточно крупным, финансово состоятельным предприятиям. Дело в том, что на эти цели выделяют субсидию, но при условии, что и руководство хозяйства вложит собственные средства. К примеру, по словам одного из руководителей агропредприятия «Свет» Рижского района Игоря Баскакова, на так называемую раскорчёвку (удаление деревьев и пней) по региональной целевой субсидии здесь получили 500 тысяч рублей. При этом общая стоимость работ составляла 1,5 миллиона рублей, недостающий миллион добавляли из собственных средств.
— Бюджетная помощь пришлась нам очень кстати, — говорит Игорь Баскаков. — Но у нас, после смены владельцев, инвестиции которых фактически спасли хозяйство от разорения, всё-таки была возможность большую часть работ оплатить самостоятельно. Если же говорить о мелких фермерских хозяйствах, то вряд ли они осилят подобные затраты.

Между тем, как и было сказано выше, в некоторых районах в вопросах реанимации аграрных земель кроме как на фермеров и рассчитывать больше не на кого...

Мнение власти
Министр сельского хозяйства и продовольствия области Дмитрий Андреев:
— Предусмотренные Налоговым кодексом предельные ставки по уплате земельного налога направлены на стимулирование использования земельных участков сельскохозяйственного назначения по целевому применению. Так, в отношении участков, используемых для сельскохозяйственного производства, налоговая ставка не может превышать 0,3 процента от их кадастровой стоимости. В отношении прочих земельных участков сельскохозяйственного назначения, в том числе не используемых для производства, применяется повышенная ставка — до 1,5 процента. Кроме того, в Рязанской области сельхозтоваропроизводители могут быть освобождены от уплаты налогов на прибыль и имущество, транспортного налога.

Министр имущественных и земельных отношений Рязанской области Михаил Майоров:
— Законом предусмотрена административная ответственность для владельцев сельскохозяйственных земель, не использующих их по назначению. Минимальный штраф для граждан — 3 тысячи рублей, для должностных лиц — 50 тысяч, для юридических — 200 тысяч. Кроме того, если собственник не работает на земле в течение трёх и более лет, предусмотрена возможность изъятия земельного участка. Так, ещё в 2012 году Минимущества изъяло земельные участки сельхозназначения общей площадью 8,7 га в Спасском районе, в 2014 году — участок площадью 54,8 га в Путятинском районе. После изъятия у собственника земельный участок подлежит продаже с публичных торгов.

Цифры
30 880 га пашни в области вернули в оборот за 5 лет.