Кричат журавли

Если зубры — величественны и молчаливы, то журавлей можно слышать практически круглый год далеко за пределами заповедного посёлка Брыкин Бор. Питомник редких видов журавлей организован в 1979 году с целью сохранения генофонда редких и исчезающих видов, наиболее угрожаемые из которых — японский журавль и стерх. Представители всех семи видов российских журавлей содержатся в Питомнике, наибольшее внимание уделяют именно этим видам.

Эндемик России — стерх гнездится в тундре Якутии и лесотундре Западной Сибири, где его осталось совсем немного. Для поддержания западносибирской популяции в Питомнике ежегодно выращивают от маточного поголовья стерхов птенцов для выпуска в природу. Методика подготовки молодых журавлей для дикой жизни сложна и требует много знаний, любви к питомцам, массу терпения. Ведь вылупившегося пуховика нужно научить многим премудростям вольной жизни: что можно есть, а что нельзя, где кормиться, с кем дружить, кого избегать.

Трудно приходится их учителям. Нужно вести себя так, чтобы журавлёнок не видел человека. Не секрет, что человек — основная опасность для диких животных. Поэтому, скрывая свою человеческую суть, прячутся журавлиные воспитатели под белыми костюмами. Макет головы стерха служит им «кормовым инструментом», с помощью которого, как и настоящие журавли, они кормят птенцов. Разговаривать с птенцами нельзя, даже чихать запрещено. Птенцы должны слышать рядом голос матери (в карман костюма спрятан плеер) и голоса природы. Безлюдная старица Пры, небольшие болотца в пойменном лесу недалеко от Питомника служат кормовым и прогулочным полигоном для выращивания журавлят. Картина, прямо сказать, экзотическая: по болоту в безмолвии бродит некто в белом балахоне, время от времени склоняясь к маленькому рыжему птенцу, и тычет в найденного моллюска одетым на руку клювом. Лишь вблизи можно различить тихое вяканье из карманного магнитофона и попискивание птенца.

Многое дано журавлёнку врождёнными инстинктами, записанными в генетической памяти вида. Его, например, не нужно учить летать. Подрастая, журавлята машут крыльями, которые при вырастании на них маховых перьев становятся надёжной опорой для передвижения по воздуху. Зато куда лететь на зимовку, журавлята не знают. Первую миграцию они совершают с родителями, и запоминают путь на всю жизнь.

Чтобы дикие журавли могли показать нашим птенцам перелёт, они должны познакомиться и подружиться — объединиться в стаю. Для этого выращенную в Питомнике стершиную молодёжь отвозят в места обитания или на места миграционных скоплений, на юг Западной Сибири или в дельту Волги, например.

Самые крупные из журавлей России — японские или уссурийские журавли обитают на Дальнем Востоке. Транспортировать молодых птиц за многие тысячи километров, избегая контактов с людьми, невозможно. Поэтому японских журавлей отправляют в Амурскую область яйцами. Их откладывают пары японских журавлей, живущие в Питомнике, и насиживают примерно три-четыре недели. Подросшие в яйце эмбрионы более устойчивы к колебаниям температуры и вибрации. Яйца помещают в специально оборудованные боксы, где во время путешествия на автотранспорте и самолётом поддерживают нужный режим инкубации: температуру, влажность, повороты яиц.

На Станции реинтродукции редких видов птиц яйца положат в стационарный инкубатор, дадут птенцам вылупиться, а затем отвезут на отдалённый кордон Хинганского заповедника. Здесь на Клёшинском озере птенцы вырастут, окрепнут и начнут летать. Перезимовав на Станции, молодые журавли продолжат свой путь в природу следующей весной. Их выпустят на территории Амурской обрасти с метками, по которым биологи узнают, где и когда был встречен выпущенный журавль. Ежегодно известия о меченых журавлях приходят с мест зимовок этого вида в Китае и Корее. А некоторые из прошлогодних «выпускников» объединились в пары с дикими журавлями и основались недалеко от заповедника.

Таков неблизкий, нелёгкий и недешёвый путь возвращения редких видов журавлей в природу. Не лучше ли оставлять журавлям места их обитания: не осушать болота, не вырубать леса, не застраивать берега озер дачами? Может быть, об этом так громко кричат журавли?