Под занавес

Классику на сцене, наверное, ставить непросто. Когда пред тобой произведение успели поставить и перепоставить все ― от театральных мэтров до студентов, ― нужно быть не менее семи пядей во лбу, чтобы не потеряться в общей массе. Тем более, когда перед тобой знакомый вдоль и поперёк Чехов с набором канонических произведений, давно и плотно вошедших в школьную программу. Тех самых, по анализу которых школяры из года в год обречённо пишут сочинения «Обличение мещанства и пошлости» или «Как Старцев докатился до Ионыча».

Можно пойти по пути наименьшего сопротивления и поставить классического Чехова — и выпустить спектакль, который морально устареет ещё до премьеры. Можно перенести действие в наши дни с риском сорваться в жуткую пошлость. А можно всем сердцем полюбить этих неказистых, мелких, периферийных, смешных человечков, истории о которых писал затейник Чехов. Питерский режиссёр Евгений Зимин, видимо, склоняется к полюбовным отношениям с автором и предпочитает смеяться не над героями, а вместе с ними. «Провинциальный романс», как обещает Зимин, проект масштабный и основательный, состоящих из нескольких спектаклей. Проект является некоторым вызовом сложившемуся мнению, что жизнь в России сосредоточена в больших городах.
— Как бы не так, — будто восклицает режиссёр, бросает северную столицу и едет в Рязань доказывать обратное.

Вся серия спектаклей (романсов!) — своеобразное признание в любви к провинции, дань уважения здешним людям и даже некоторая симпатия к местным нравам. Первая очередь проекта ― спектакль «Ионыч» ― уже с успехом прошла испытание общественным просмотром. Продолжение «Провинциального романса» обернётся чеховскими «Невестой» и «Человеком в футляре».
— Каждый рассказ — отдельное, самодостаточное произведение, — делится соображениями режиссёр. — Они могут играться в один вечер все, могут играться по одному. Соответственно, кода несколько спектаклей соединяются в одном показе, при их сопоставлении рождается какой-то второй и третий смысл.

О смысле стоит сказать особо. Евгений Зимин явно не собирается обличать, а тем более осуждать и бичевать чеховских персонажей.
— «Ионыч» очень неоднозначен, — признается режиссёр. — Старцев не плохой и не хороший, он двоякий. Но мои симпатии скорее остаются на стороне семейства Туркиных, для которых появление Старцева — лишь эпизод. В то время они сами продолжают жить дальше, и по-своему счастливы.

Помимо трепетного отношения к героям, у режиссёра и со зрителем складываются уникальные и доверительные отношения. Отличительной особенностью спектакля является то, что он не требует большую площадку, а раз малой в театре на Соборной нет, то зрительные ряды размещаются прямо на авансцене. Полузадёрнутые кулисы отрезают остальной зал, превращая сцену в уютный шатёр, рассчитанный на полсотни зрителей и десяток актёров. В этом — высшая форма доверия и изрядная доля риска. Когда дистанция между зрителем и героем сокращается до десятков сантиметров, а артисты успевают заглянуть тебе в глаза — это совсем не то, что разглядывать действие из десятого ряда или даже ложи для VIP-гостей. Тут не сфальшивишь и украдкой не зевнешь.

Зевать, впрочем, не хочется совершенно. «Ионыч» — спектакль живой, динамичный и очень смешной, с довольно лаконичными и неожиданными декорациями (художника Веру Курицыну Зимин захватил с собой из Питера). Как рассказал режиссёр, к постановке спектакля они с труппой подошли так ответственно, что у «Ионыча» целых два полноценных и равноправных актёрских состава. 27 июня зрителям предъявили один из них. В главных ролях были заняты ведущие артисты театра: Заслуженный артист России Юрий Антонеев (Иван Петрович), Заслуженная артистка Хакасии Людмила Сафонова (Вера Иосифовна), Сергей Невидин (Ионыч), Анна Комарова (Котик). Также на сцене можно видеть артистов Ларису Силину, Илью Кузьмина и Дмитрия Немочина.

Официальная премьера спектакля «Ионыч» в Рязанском театре на Соборной запланирована на предстоящий 75 сезон.