В неизвестность

27 февраля в Москве состоялось награждение победителей чемпионата Москвы и Центрального федерального округа по спортивному туризму. В самой высшей, шестой категории было представлено восемь водных походов. Среди участников оказались три рязанских команды — первая под руководством Бориса Гусева совершила первопрохождение реки Ченаб в индийских Гималаях. Группа под руководством Дмитрия Шагаева покорила Голубой Нил в Эфиопии. Третья рязанская команда под руководством Сергея Молодцова прошла по ущелью Казикумухское и аварском Койсу в Дагестане.

Первое место заняла команда рязанцев, прошедшая реку Ченаб. «Голубой Нил» и «Казикумухское-Койсу» заняли 4 и 6 места соответственно. О том, как готовятся подобные экспедиции, рассказывает мастер спорта по спортивному туризму, организатор экспедиции в Гималаи на речку Ченаб, вдохновитель известного рязанского сайта, посвящённого водному туризму Taganok.ru Борис Гусев.
— В течении 5 лет вместе с мастером спорта международного класса рязанцем Дмитрием Шагаевым наша команда побывала на множестве речек в Гималаях. Именно Шагаев открыл для нас мир неизведанных гималайских рек, на которых до нас не ступала не только нога россиянина, но часто и вообще европейца. Каждое такое путешествие действительно было настоящей первопроходческой экспедицией, открытием чего-то нового. В этом году я попытался сам собрать команду и пройти что-то новое. В итоге в сборную команду вошли представители клубов «Таганок» (Рязань), «Норд-Ост» и «КАТ2» (Москва), которые с 26 сентября по 17 октября провели в Гималаях автономную экспедицию.

— Как родилась идея отправиться на речку Ченаб?
— Началось всё с картины Рериха, репродукцию которой мы увидели в ходе одной из экспедиций в Гималаях в его музее.
— В Гималаях есть музей Рериха?
— Там расположена его усадьба, в которой он какое-то время жил и работал. Сейчас это отчасти дом, в котором живут потомки Рерихов, отчасти музей.
— Что же вас так впечатлило?
— Я увидел величественную речку в окружении внушительных пиков. Однако названия речки на картине «Стан в Коксаре» указано не было. Потом, лазая по карте этого района Гималаев, случайно наткнулся на название населённого пункта. Рядом с ним действительно оказалась река Ченаб — большая и как раз подходящая для водных экспедиций речка.

— Как собирали информацию о реке?
— Никакой информации не было. Все писали, что это речка действительно очень большая, уходит в неспокойный штат Джамма и Кашмир, из-за чего туда никто не ходит и никому этого делать не рекомендуется. Но я на этом не остановился и стал копать дальше. Мне удалось выяснить, что там была всего одна международная экспедиция каякеров. Они в своих заметках написали, что речка действительно очень серьёзная.
— Это всё, что удалось выяснить перед экспедицией?
— У иностранных коллег обычно не такие подробные отчёты, как у нас. У них такой менталитет. В России же исторически всё по-другому — сходил в поход, написал подробный отчёт. За рубежом же — прошёл реку, сделал красивые фотки, показал людям. Никаких отчётов они не пишут. Это специальная такая затравка, чтобы люди смогли, посмотрев, отправится в экспедицию самостоятельно.
— Это правильно?
— Думаю, да. Река остаётся «информационно чистой». По сути, каждая следующая группа будет делать своё первопрохождение.

— Как иностранцы отреагировали на ваше желание покорить Ченаб на катамаранах?
— Написали, что мы — крейзи. Они плохо понимают сплав на катамаранах, так как кат — это русское изобретение. Им кажется это сумасшедшим поступком... Ну и ещё добавили, что нам эта река очень понравится.
— Ожидания оправдались на сто процентов?
— На двести. Всегда тяжёло идти неизвестный маршрут. Хоть группа у нас схоженная и сильная, всё равно в каждой экспедиции происходят какие-то приключения и необычные ситуации. В этой экспедиции так и получилось — нам по полной достался весь адреналин, впрочем, никаких неприятных эксцессов не было.
— Война в штате Джамма и Кашмир не беспокоила?
— Я постарался изучить район очень хорошо и не допустить, чтобы это как-то повлияло на экспедицию. На самом деле, там живут нормальные люди, живут очень мирно и все конфликты происходят на религиозной почве вблизи пакистанской границы. Мы же находились достаточно далеко от неё, и особой опасности не было.

— Как можно стать участником подобной экспедиции?
— Главное, иметь цель и добиваться её, и тогда всё получится — ничего невозможного нет. Хотя, конечно, малознакомых людей в подобных экспедициях не бывает. Надо иметь хороший туристский опыт за плечами и психологическую адаптивность. Экспедиция — это мой отпуск и хобби, и поэтому я хочу провести его с теми людьми, с которыми мне приятно находится долгое время, в том числе подчас в экстремальных условиях.
— То есть новых людей не бывает вообще?
— Бывают, конечно, новые люди появляются каждый год.
— Сколько тратится времени на подготовку?
— Данную экспедицию мы готовили ровно год, однако это не стандартное время для подготовки экспедиции. Когда какой-нибудь маршрут хорошо известен, по нему есть логистика, информация, то можно подготовить поход и за месяц-два.

— На какие особенности местности обращается больше всего внимания?
— Сейчас всё это очень удобно делать в Google Map. Я сначала просматриваю маршрут со спутника. Если разрешение хорошее, то для меня это уже 50% успеха, ведь я могу посмотреть даже пороги на интересной мне речке. Если удаётся посмотреть перепад высоты на них, то можно определить приблизительный уровень сложности препятствия. После этого ищутся более детальные карты местности, дорог, разрабатывается логистика подъезда, отъезда. Много факторов на местности может влиять, всё зависит от географии похода.
— Это всё влияет на категорию сложности маршрута?
— Категория — штука относительная. Высшая категория у каждого в голове своя: кто-то прыгнет в водопад, а кто-то не прыгнет. Для какого-то судна (например, катамарана) водопад равен самоубийству, а для каяка — это обычное дело. Но есть действительно вещи совершенно непроходимые. Если человек видел международную шестую категорию, он может её сравнить с другими маршрутами. А если сравнивать не с чем, может так получится, что его внутренняя планка будет ниже. Понимание категорий сложности приходит с опытом.
— А ваша «шестёрка» — это настоящая «шестёрка»?
— На самом деле, я видел не так много рек мирового уровня, поэтому, думаю, моя «шестёрка» не совсем «шестёрка» в мировом понятии. Есть просто невообразимые по сложности маршруты, которые пройдены единицами действительно сумасшедших людей. Но это не для меня.

— Вы упомянули о психологической подготовке. Как она достигается в обычной жизни? Вы же не каждый день сплавляетесь по гималайским речкам…
— Стараемся больше заниматься спортом, ездить на соревнования. В прошлом году команда Рязани стала чемпионом России в классе «дистанция» на реке Белая в Адыгее. Ходим в пешие и водные походы по нескольку недель. Психологически и физически они помогли подготовиться к экспедиции в Гималаях.
— Как к подобным экспедициям относятся ваши родственники?
— Это моя жизнь, и без походов я не могу существовать. Супруга понимает и поддерживает меня, хотя и боится каждый раз, когда я собираю рюкзак. И все, кто с нами ходит — в такой же ситуации, у всех жёны боятся.
— Семейные походы бывают?
— Конечно. Это помогает достичь понимания, хорошо отдохнуть. Все наши семьи «крутятся» в той же самой компании друзей. Моя жена в курсе всех моих планов, и, когда я уезжаю, постоянно перезванивается с жёнами моих товарищей.

— Из экспедиций привозите подарки?
— Есть небольшие сложности в плане того, что у нас очень большую роль играет вес снаряжения. Перевес на авиаперелётах очень дорого стоит. Поэтому стараемся привозить лёгкие по весу подарки, но выбранные с любовью. В основном возим сувениры и украшения для жён и детей.
— За последнюю экспедицию в Гималаи вы получили золотые медали на чемпионате. Приятно получить приз за отдых?
— Тут двоякое понимание. Я изначально планировал участвовать в этом чемпионате. В принципе, считаю, что получить приз за успешно проведённую экспедицию в труднодоступный район — это честь. Я горд за Рязань, ведь в этом же чемпионате участвовали целых три рязанских экспедиции. Всего же на конкурс было представлено восемь походов высшей категории сложности.
— Спортивный интерес есть?
— Обязательно, какой-то момент присутствует. Без спортивного задора и куража сложную реку пройти невозможно.
— Нравится быть первооткрывателем?
— Да, это болезнь. Я не буду скрывать: мы все в хорошем смысле на это «подсели». Это фантастическое ощущение, когда ты первооткрыватель.