Выжить на свободе

Судимость. Это несмываемое пятно, которое остаётся на всю жизнь. К тому, кто однажды оступился, всегда будут относиться с предубеждением. И вернуться в общество для бывшего заключённого не так-то просто.

Если никому не нужен
Это хорошо, когда за колючей проволокой осталась семья, которая готова помочь. И хорошо, если есть где жить. А если всё не так? Если не нужен никому? Именно в таком положении оказался 38-летний рязанец Иван. Он вышел из колонии № 6 в прошлом году, семь лёт отсидел за убийство. К УДО мужчина не стремился, плыл по течению, особенно не думая о том, что же будет потом. Одна смена одежды да потрёпанный паспорт советского образца — вот и всё имущество, которым при освобождении владел Иван. Мужчина в итоге стал жить возле вокзала Рязань-1 в подъезде многоэтажки. И это в зимнее время! Милостыню не просил, но сердобольные жильцы его всё равно подкармливали. Какой-никакой, а человек же.

Судьбу Ивана изменила пенсионерка. Жалея бездомного, женщина привела его на приём к Александру Гришко, уполномоченному по правам человека в Рязанской области. В помощи тот не отказал.
— Бывшего заключённого определили в больницу, — говорит Александр Яковлевич. — Потом — в реабилитационный центр в селе Криуша. Он рассчитан, в том числе, и на таких граждан.

В подобных ситуациях, к сожалению, действовать приходится именно таким образом, применяя так называемое ручное управление. Специальной службы, которая занималась бы проблемами бывших заключённых, до сих пор не существует. Одна из причин в том, что подобный масштабный проект требует серьёзных финансовых вложений. А впрочем, по мнению Александра Гришко, создание службы помощи заключённым вполне окупит себя. И работа в этом направлении на государственном уровне уже начата.

До первой рюмки
Главный плюс специальной службы в том, что человек, которого после освобождения из колонии не бросят на произвол судьбы, вряд ли совершит новое преступление. Подобное мнение разделяет и протоиерей Николай Баринов, председатель отдела по связям с Управлением Федеральной службы исполнения наказаний Рязанской епархии.
— Думаю, бывшим заключённым нужен отдельный реабилитационный центр, — говорит отец Николай. — Конечно же, им помогает и церковь. А тем, кому некуда идти, мы предоставляем кров и работу. Мест для проживания в моём приходе немного, и они обычно заняты. У монастырей, например Троицкого и Иоанно-Богословского, возможностей больше.

Отец Николай замечает, что рад бы помочь всем попавшим в трудную ситуацию, но нельзя забывать и о прихожанах. Среди них есть много женщин и детей. Именно поэтому священник под свою опеку любого освободившегося заключённого не берёт. Только людей воцерковлённых, тех, что ещё во время заключения зарекомендовали себя как глубоко верующие. Работу отец Николай предлагает в сфере строительства. Того, что идёт в его приходе. В монастырях бывшие заключённые трудятся в подсобных хозяйствах.
— Как правило, бывшие заключённые нам забот не доставляют, со своими обязанностями справляются, — продолжает Николай Баринов.

Безусловно, исключения тоже бывают. Несколько лет назад жил при храме отца Николая Сергей. Он исправно трудился три недели и очень радовался, что жизнь его меняется к лучшему. Говорил, что при церкви будто ожил. А однажды отправился новые документы получать да встретил приятеля, выпил с ним по рюмочке, ещё по одной... В приход вернулся в весьма неприглядном виде, побитый. Правда, при всём этом хорошо понимал, где находится, как надо себя вести. Работника, что в состоянии трудиться только до первой рюмки, отец Николай не потерпел. Впрочем, на священника Сергей совсем не обиделся. Позже даже приходил в гости. Рассказывал, что жил в монастыре, потом — у матери. Но бывший подопечный отца Николая так и не нашёл своего места в жизни. Через несколько лет он умер от болезни печени.

Трудотерапия
Конечно же, далеко не все бывшие заключённые планируют жить на свободе именно так. Тем, кто хочет вернуться к нормальной жизни, уполномоченный по правам человека в Рязанской области советует готовиться к освобождению ещё в колонии. В первую очередь нужно восстановить документы. А во-вторых, стоит обратить внимание на специальные стенды, где размещена информация о вакансиях. Трудотерапия, по мнению специалистов, очень способствует возвращению в общество. Примерно 90% граждан, которые совершили повторное преступление, нигде официально не работали.
— Бывшим заключённым в основном предлагаются рабочие и строительные специальности, — отмечает Александр Гришко. — Слесари, бетонщики, фрезеровщики... Во многих случаях профессию можно получить, ещё находясь в местах заключения. Если же такой возможности нет, учиться можно при центре занятости населения.

Ясно, что не все работодатели горят желанием принять на работу человека с судимостью. По мнению уполномоченного, решением этой проблемы могли бы стать специальные квоты по аналогии с квотами на трудоустройство инвалидов.
— Если предприятиям предложить налоговые льготы, то к бывшим заключённым работодатели отнесутся более лояльно, — считает Гришко. — Я, например, уже разговаривал по этому поводу с директором Рязанского кирпичного завода. Он подобную инициативу, в принципе, поддержал.

Когда всё устраивает
Для бывших заключённых, которым некуда идти, жилищный вопрос стоит в Рязанской области не столь остро. Получить временный приют все нуждающиеся могут в уже упомянутом Центре социальной адаптации для лиц без определённого места жительства и занятий, который находится в селе Криуша Кпепиковского района. Но, наверное, пока не все о нём знают. Из двадцати коек многие пустуют. В конечном счёте, возвращение к нормальной жизни напрямую зависит от самого человека. Его стремлений и его желаний.

Игорю почти 40 лет, восемь из них он провёл в колонии. За что был осуждён, говорить не захотел. После освобождения вернулся к матери в Рыбновский район. Что касается работы, то брался за всё, что подворачивалось. Трудился и грузчиком, и водителем. Получать образование Игорь не хотел и в молодости, не планирует и сейчас. А это было бы весьма кстати. Два месяца назад мужчину лишили водительских прав, и ему пришлось уволиться с последнего места работы. О том, чтобы трудоустроиться снова, он даже не задумывается. Ведь есть мать-пенсионерка, которая всегда накормит и обогреет. Глядя на этого мужчину, не скажешь, что он крепко выпивает или чем-нибудь серьёзно болен. Есть рядом с ним и женщина, с которой он готов создать семью. Требуется ли ему какая-либо помощь? Нет, Игоря всё вполне устраивает. А, как известно, помочь человеку, который считает, что помощь ему не требуется, просто невозможно...