Реактивный век Александра Прокоповича

Порой складывается такое впечатление, что вся жизнь Александра Александровича Прокоповича — это яркий пример всем нам, как нужно дорожить этим божественным даром. На его долю выпало немало тягот и лишений, которые он с честью преодолел, и сегодня в рубрике «Нерабочее настроение» старейший физкультурник Рязанской области делится своим богатым жизненным опытом.

Мечтать полезно
— Александр Александрович, ваше детство пришлось на годы великих потрясений. Сполна хлебнули лиха?
— Мамы не стало, когда мне было всего пять лет, а отец во время Первой мировой войны попал к немцам в плен, возвратился домой только в начале 20-х годов. Он был такой шустрый! В то тяжелое время, когда заработать на хлеб насущный было негде, собрал бригаду, которая специализировалась на восстановлении стекольных заводов. Сразу показал себя первоклассным специалистом, его стали приглашать во многие города, где были подобные производства. И меня брал с собой, при этом старался обязательно устроить в школу. Когда отец уезжал на новое место, я заканчивал учебный год и снова перебирался к нему. Таким вот образом привыкал к самостоятельности.

— А как у вас появилась мечта о небе?
— Я уже учился в институте и работал. Не было времени даже перевести дух. Но как-то с приятелем решили отдохнуть, нашли местечко на солнышке, загораем, и вдруг низко, чуть ли не над нашими головами, пролетел самолет. И тут у меня вырвалось: «Неужели я не смогу управлять в воздухе этой машиной?!» А мой приятель отвечает, что его товарища недавно направили в летное училище. Уже на следующий день я отправился в военкомат. Но ничего не вышло: «Поздно, молодой человек, мы уже набрали необходимое количество, — сказали мне. — Сейчас идет набор моряков-подводников». Однако при прохождении медкомиссии у меня обнаружили чирей в ухе. Пока лечился, закончился набор и туда, в итоге зачислили в артиллерийское техническое училище.

— Вот это поворот!
— Надолго там, правда, не задержался: в числе других был отправлен в боевую часть, так сказать, на возмужание. Оказался в Забайкалье, закончил курсы младших командиров и был назначен помощником командира взвода. Время подошло к окончанию срочной службы, обещали отпустить домой уже на следующий день, как в два часа ночи — боевая тревога. Оказалось, японцы нарушили границу, и нас, пушкарей, сразу отправили туда. Пришлось задержаться еще на два месяца. После демобилизации возвратился на родину, в Белоруссию, стал опять работать на стекольном заводе полировщиком. Вскоре начал замечать, что молодежь по окончании работы куда-то уезжает. Оказалось — в аэроклуб, где одни учились летать на планерах, другие — на самолете По-2.

Инструктор-самоучка
— И что выбрали вы?
— В артиллерийском училище нас специально обучали летать на планерах: хотели организовать подразделения для заброски в тыл к врагу. Я обо всем рассказал в аэроклубе, и меня тут же отправили на курсы для переквалификации, после которых я стал работать инструктором. От деревни, в которой мы жили, до основного аэродрома было порядка 10 километров, поэтому мне дали летчика, он доставлял меня каждый день туда и обратно. И вот как-то я обратился к нему с просьбой научить меня летать на самолете По-2. Он согласился. Время обучения подошло к концу, и после того как мои курсанты успешно сдали зачет по планерному делу, я говорю: «Разрешите продолжить их подготовку на По-2?». — «Разрешаем, — отвечают. — Давай документы». А никаких документов-то не было. Я объяснил, что да как, и мне выдали справку об окончании гомельского аэроклуба.

— То есть вы уже официально стали инструктором по подготовке летного состава?
— Верно. Экзаменовать моих учеников приехала специальная комиссия, тут я и обратился с просьбой: «А можно и мне тоже?» В полете я продемонстрировал навыки и вместе со своими курсантами был зачислен в Батайскую школу летчиков, где восемь месяцев проходил обучение на истребителе И-16. А по окончании меня назначили старшим группы выпускников для отправки в Читу. Туда, где я проходил срочную службу. Я собрал всех и говорю: «Кто из вас обещал девушке жениться по окончании школы, поднимите руки!» Все подняли. Тогда я продолжил: «Друзья, у меня появилась мысль устроить вашу семейную жизнь. Даю вам 15 суток отпуска, чтобы урегулировать все вопросы». Все разъехались по домам, а в точно назначенное время прибыли на вокзал в Москву уже с женами.

— А вы сами в то время были уже человеком семейным?
— Нет. Дело в том, что много лет назад у директора стеклозавода умерла жена. Он так переживал, что отправился вслед за ней. Их дочь осталась сиротой, и мой отец взял ее в нашу семью на воспитание. Таким образом мы жили и учились вместе и обещали друг другу, что женимся, когда подойдет время. И уже все к этому шло. Моя подруга к тому времени окончила институт и работала учительницей.

Один день и 70 лет…
— А как шла ваша служба?
— В то время Япония воевала с Китаем. И японцы захватили китайскую территорию вдоль нашей границы, что грозило серьезными последствиями. СССР в этом многолетнем конфликте занимал сторону китайцев, и когда разведка доложила о возникшей опасности, было принято решение уничтожить блиндажи, которые возводились на территории Маньчжоуго. Для бомбометания отправили меня и еще четверых летчиков, с чем мы успешно справились. Но когда я пикировал, у меня пошла кровь из уха. Оказалось, лопнула барабанная перепонка. Месяц лечился, врачи вынесли вердикт, что летать можно будет месяца через два. Мне дали отпуск, и я решил исполнить давнее обещание.

— Что-то пошло не так?
— Не иначе как вмешались высшие силы. Когда я зашел попрощаться, жена товарища мое решение неожиданно восприняла в штыки: «У меня в Москве есть хорошая подруга, красавица, грамотная. Ты на ней женись». Тогда я не придал особого значения ее словам. Уже в дороге обнаружил, что забыл письмо своей подруги, в котором был ее адрес. Решил заехать за ним к отцу, но так как пересадку нужно было делать в столице, то решил все же зайти в гости к подруге жены товарища. Предложил новой знакомой Марии пойти на прогулку. Она согласилась. В парке культуры и отдыха имени Горького мы катались на качелях, потом предложил прыгнуть с парашютной вышки. Она не испугалась, хотя до этого никогда не прыгала. Вечер завершили походом в театр на «Лебединое озеро», а уже на следующий день я сделал ей предложение.

— И как на это отреагировала потенциальная невеста?
— Согласилась! Договорились встретиться в 12 часов: она пошла домой за паспортом, а я — в магазин за гостинцами. Но там по нелепой случайности угодил в милицию. Времена были непростые, конец 1930-х годов. Но после проверки документов отпустили с извинениями. Успел ко времени. После регистрации собрались отметить это событие у ее брата. А тот как только узнал, что сестре из столицы предстоит уехать в Забайкалье, поднял крик: не пущу, и все. Порвал документы, а Марию спрятал в одном из подмосковных городов. Но я узнал, в каком, приехал туда, ходил по домам. И все-таки отыскал свою суженую. Душа в душу мы прожили более 70 лет, вырастили четверых детей.

Сила в воспитанниках
— Александр Александрович, а как для вас началась война?
— Я успешно сдал экзамены, в июне 1941 года был зачислен в академию имени Жуковского. Товарищи отправились на поезде, а я собирался догнать их на самолете, так как хотел побыть еще денек-другой с женой и ребенком. В ночь на 22 июня в Грозном выпал град размером с орех, и утром выяснилось, что в негодность пришли почти все самолеты, находившиеся под отрытым небом: У-2 были обтянуты перкалем и покрашены краской, а Р-5 сделаны из дерева. Поступил приказ прибыть вместе с женами, у кого есть — взять швейные машинки. Женщин отдельно в школе посадили, а мы отправились на аэродром проводить ремонтные работы. А в полдень по радио прозвучало экстренное сообщение…

— В академию вы так и не попали?
— Нет, начальник школы сказал: «Будем защищать Родину здесь». Начали готовить стрелков-бомбардиров для бомбардировщиков. Из Баку пригнали истребитель И-2, переделали его в двухместный, проводили полеты и днем и ночью, обучили за это время человек 15, пока нас не перебазировали в Гудермес. Нужно было готовить боевых летчиков, для этого меня отправили в командировку. Попал на Кавказ в полк к Покрышкину. Только доложил о своем прибытии, как он мне в ответ: «На ловца и зверь бежит». А потом объяснил, что прибыло пополнение (ребята только из училища) и иностранные самолеты, на которых никто из них не летал. «Тебе как инструктору даю три дня себя переучить, а потом молодежь подготовить», — сказал командир. Приказ воздушного аса был в точности выполнен, после чего я и сам отправился на боевое задание и даже сбил показной самолет противника. В дальнейшем каждый год меня посылали на стажировку уже в другие полки.

— После Победы вы продолжили подготовку летных кадров?
— Да. Когда я работал в Чкаловском военно-авиационном училище, в 1957 году ко мне в руки попал Юрий Гагарин. Сначала он проходил обучение на самолете Як-18, а потом на штурмовике Ил-2. Курсант Гагарин в физическом отношении был очень хорош, к тому же волевой парень, привыкший всегда добиваться поставленной цели. Бесстрашный был, ведь только такой мог отправиться в полную неизвестность, откуда возврата могло и не быть. О том, что он полетел в космос, я узнал практически сразу, а вот встретиться нам больше так и не довелось. Зато с его старшей дочерью Еленой Юрьевной, которая сейчас работает директором музея «Московский Кремль», мы виделись несколько лет назад. Она очень тепло приняла нашу делегацию Совета ветеранов рязанского спорта.

Семь килограммов медалей
— Александр Александрович, а почему так вышло, что расцвет вашей спортивной деятельности наступил только после выхода на пенсию?
— Раньше некогда было ездить, а когда перебрался на постоянное место жительства в Рязань, свободного времени стало больше, и наступил новый этап в жизни: регулярные пробежки в любую погоду, зимой — купание в проруби. В начале 80-х ветеранскому движению в стране стало уделяться больше внимания, проводились соревнования. За это время немало поколесил по стране, принимал участие в космическом пробеге в Королеве, в массовых стартах в Москве на Васильевском спуске, в Казани, в Оренбурге, да много где еще. И отовсюду возвращался с медалями, их у меня уже набралось больше 7 килограммов. Раньше после возвращения с соревнований обязательно брал свои награды и шел в какую-нибудь школу, чтобы на личном примере показать, как можно добиться высоких результатов, делился своим опытом.

— Александр Александрович, вы прожили целый век. Раскройте секрет, как можно дожить до столь преклонного возраста?
— Когда я стал летчиком, то понял, что только с помощью регулярной физической нагрузки можно продлить свою жизнь. С особым усердием я занимался на турнике и брусьях, на коне, не пил спиртного, не курил, и ничем другим не отравлял свой организм. Питаюсь сейчас в основном молочными продуктами, творогом, салатами из свежих овощей. Иногда ем мясо. И обязательно каждый день массаж, физические занятия не менее двух часов: машу руками, дрыгаю ногами, кручу туловище. Один час обязательно провожу на свежем воздухе.
Мне исполнилось уже сто лет и пять месяцев, так что я продолжаю жить уже во втором столетии.