Дождаться весны

На материк, а конкретно в Рязань музыкантов из далёкого островного государства занесло 29 марта. Парням предстояло выйти на сцену Концертного зала имени Есенина, а незадолго до ― внести ясность своих музыкальных намерений местным журналистам. И хотя врождённая учтивость японских гостей вынудила их заучить пару-тройку тутошних наречий, переводом с японского всё же занимался профессионал ― российский продюсер группы, востоковед и ведущая концертов Татьяна Наумова.

Беседа завязалась с банального, но в то же время необходимого вопроса ― как так получилось, что японские музыканты внесли в свой репертуар мелодии из вполне себе советских кинофильмов, к тому же сочинённых армянским композитором Микаэлем Таривердиевым. Оказалось, что продюсер Hide-Hide (к слову, лаконичность названия объясняется совпадением по звучанию первых иероглифов участников ― Хидэки Оноуэ и Хидэки Исигаки) ― хороший друг жены композитора Веры Таривердиевой, потому в их дружеском общении и появилась идея столь занятной аранжировки.
― Честно говоря, в Японии музыка Таривердиева известна не очень широко, ― признался Хидэки Оноуэ, хозяин японской лютни. ― Но наш продюсер более 20 лет приезжал в Россию, чтобы записывать музыку японских композиторов для кино, мультфильмов, компьютерных игр в содружестве с российскими симфоническими коллективами.

Эксперимент с Таривердиевым рязанский зритель оценивал адекватно и даже несколько вдумчиво. Мелодия «Маленького принца», «Дорога» из «17 мгновений весны», старая добрая «Я спросил у ясеня» в исполнении бамбуковой флейты и японской лютни позволили умиляться вслед узнаваемым аккордам. Под аккомпанемент традиционного фортепьяно сямисен и сякухати вторглись и в мировую классику ― в «Пещере горного короля» Грига тревога ощущалась не меньше, чем у первоисточника. Интересно, что ансамбль не сразу осмелился продемонстрировать то, как ложатся на японские народные инструменты Вивальди и Рахманинов. Победа на международном музыкальном турнире Terem Crossover, что прошёл в Санкт-Петербурге в 2009 году, вдохновила музыкантов на продолжение творческих экспериментов. В составе Hide-Hide появился Вакимару Дзюнъити (фортепьяно), а вместе с ним русская и зарубежная классика.

Неудивительно, что сразу же поступило предложение провести тур по России, который совпал с печальными для японского народа катаклизмами. Естественно, что и музыканты отправились в тур угнетёнными.
― Никогда не забудем, как поддерживали нас российские зрители, ― рассказал Хидэки Оноуэ. ― Мы были очень подавлены, даже сами гастроли стояли под вопросом, тогда мы и решили, что все наши гонорары мы передадим в фонд помощи пострадавшим. Мы всегда будем помнить и всегда будем благодарны за помощь и поддержку.

Признательность ребята из Hide-Hide выразили не только журналистам, но и пришедшим на концерт рязанцам. Живое общение (опять же, не без участия Наумовой) случилось прямо на сцене ― интерес вызвали скорее не сами исполнители, а припасённые им аксессуары: элементы одежды и инструменты. Оказалось, что звуки бамбуковой флейты, а по иному ― сякухати ― напрямую зависят от её длины ― чем она (флейта) длиннее, тем звучание из неё ниже. А вот звуки из японской лютни самисен доносятся лишь при наличии лопатки ― именно так её обладатель Хидэки Оноуэ назвал медиатор (по форме и правда напоминающий детскую лопатку). Владельцы народных инструментов не скрывали, что учились этому искусству с ранних лет у своих родителей, тоже профессионалов своего дела. А эксперименты с лютней и флейтой ребята назвали особой неповторимой исполнительской манерой «сrossover», признавшись, что сямисен и сякухати уходят в прошлое подобно нашей балалайке.
― Количество людей, которые играют на этих инструментах в Японии, как говорится, для души гораздо больше, чем профессионалов, ― заметил Хидэки Оноуэ.

Невозможно было не заметить, что современность легко сочетается и с национальными костюмами ― парадная одежда самураев с элементами фамильных гербов и с непреодолимым желанием сочинить музыку для аниме, ведь записать саундтрек к фильму о самурае им уже довелось.