Гори-гори ясно

Знаменитому произведению Самуила Маршака об избалованной кошке без малого сто лет, однако, и сегодня известные строки не теряют своей злободневности. Актуальность детского стиха обнаружил художественный руководитель Рязанского театра кукол Валерий Шадский, занявшийся воплощением «Кошкиного дома» на родной сцене. В помощь ему пришёл художник-постановщик Захар Давыдов. Этот питерский мастер, обладатель «Золотой маски» — частый гость в Рязани, среди его работ «Огниво», «Авдотья Рязаночка», «Солнышко и снежные человечки» — всего порядка десяти кукольных спектаклей. Последняя совместная работа Шадского и Давыдова — «Лиса и Медведь» — за год исколесила с гастролями половину России и собрала внушительную коллекцию побед на авторитетных театральных фестивалях. Сам Валерий Николаевич деликатно списывает успех спектакля на его компактность, мол, возить удобно, места занимает мало. В этом плане «Кошкиному дому» вряд ли будет уготована богатая фестивальная жизнь: постановка отличается громоздкими декорациями, сложным светом, массой технических находок и компьютерных примочек. А вот успеха юной публики ему явно не избежать.

Премьера «Кошкиного дома» пройдёт на большой сцене театра 3 декабря. Накануне важной даты кукольники устроили закрытый показ для своих друзей и журналистов. Зрителей встретил целый город, возведённый под светом рампы. Действие социальной мелодрамы разворачивается сразу в трёх плоскостях: элитный особняк манерной кошки — под самыми софитами, подвал с котятами — на сцене, домики сказочного сообщества — посередине. Вслед за сюжетом зритель карабкается или падает по этой социальной лестнице. Масштабные, хоть и лаконичные декорации, выглядящие довольно уныло перед началом действия, буквально оживают под сценическим светом. Одна за другой тут появляются роскошная гостиная кошачьего дома, зажиточные домики семейки козлов или многодетной свиньи, бедный, но уютный подвал сироток-котят, тёмная холодная улица с огоньками горящих окон. Вместе со сменой сценической географии меняется и погода — благодаря спецэффектам сцену то заливает дождь, то засыпает мокрый снег, то героев сдувает шквальным ветром. Переломным моментом является пожар, буйство стихии показано на удивление реалистично и неожиданно (для детского спектакля) грозно.

Посреди технических изюминок оказалась не забыта и актёрская игра — каждый из многочисленных персонажей сказки вышел со своим уникальным характером, каждая из искусно сделанных кукол обрела свою минуту славы на сцене. Свинья, как и положено, закидывает ноги на стол, козёл ест герань и играет в карты с козой, цыплята задирают друг друга, поросята танцуют у кормушки, курица несёт яйца… В спектакле задействована чуть ли не половина труппы театра, причём дебютанты играют на равных с корифеями. Кстати, о новичках — монтажёр сцены Родион Горбунов лихо переквалифицировался в артисты-кукловоды и с равным азартом исполнил роли Пожарного и Петуха, юная актриса Анна Лисина засветилась в роли маленького Котёнка.

Когда смолкли первые в истории спектакля овации, Валерий Шадский признался зрителям, что не удержался и переделал концовку сказки. В оригинальном тексте кошка с котятами начинают строить новый дом, в постановке же они остаются жить в каморке:
— Я не хотел заострять внимание на квартирном вопросе. Смысл в том, что герои смогли обрести душевное тепло, это намного важнее, чем тепло физическое, — рассказал режиссёр.