Яма

Суть проекта состоит в том, что столичные театры приезжают в регионы, а местные жители получают возможность купить билеты на эти спектакли по демократичной цене. В пресс-релизе «Больших гастролей 2015» говорится, что задача организатора гастролей — «познакомить регионы со спектаклями ведущих театров, привлечь новую аудиторию, открыть пути для профессионального сотрудничества».

Думается, что встреча рязанского зрителя с санкт-петербургским театром «Мастерская», представившим «Два вечера в весёлом доме», получилась вполне отвечающей поставленной цели. Кажется, в рязанской театральной жизни сейчас не имеется спектаклей такого уровня, какой продемонстрировали гости из северной столицы. Во всяком случае, едва ли найдётся такой местный спектакль, в котором было бы сконцентрировано столько иронии, не дающей шанса ни пафосу, ни слезливости.

На сцене присутствуют главные атрибуты публичного дома — постель и стол, на заднем плане — окна и арки, а выше всех размещается каморка, где, озарённый тусклым светом лампы, как демиург восседает писатель. Во время самых захватывающих моментов он принимается строчить на своей пишущей машинке. Несмотря на невесёлую тему спектакля и множество сложных сюжетных поворотов, первое отделение сделано очень весело и динамично: звенят гитары, вздымаются руки с рюмками, фужерами и бутылками, из-под кровати вылезает поэт и читает, пьяненький, стихи, стоя на табуретке, девицы обмениваются колкими словечками, танцы переходят в смесь оргии и потасовки: одним словом процветает невероятная лёгкость бытия.

Тем более контрастным выглядит трагизм происходящего, который по мере развития событий выходит на первый план во втором отделении. Проясняется жизненный путь каждой из девиц. Так, главная героиня Женя ещё девочкой была отдана в качестве «отступного» следователю, с тех пор всё и пошло; Тамара решила посвятить себя революции и борьбе за светлое будущее, и теперь ей приходится скрываться от полиции в таком вот месте; Соня попала сюда после еврейского погрома; другие девицы оказались в доме терпимости также отнюдь не по своей воле. Невежественные, не приспособленные к жизни вне борделя, не научившиеся трудиться, они и не думают уйти отсюда, чтобы начать зарабатывать «приличным способом»: единственная и главная их надежда заключается в том, что в один прекрасный день кто-то влюбится в них без памяти и сделает своей законной супругой.

Скандалистка Маша даже с почти религиозным пылом верит в некий рай для проституток — очень красивый публичный дом, где всего вдоволь, а кавалеры сплошь графья и князья, и каждую неделю кого-то из девиц берут замуж. В ответ на насмешки Жени, настроенной наиболее критически изо всех персонажей по отношению к происходящему, Маша заявляет, что «надо же хоть во что-то верить». Ещё одно препятствие для обитательниц публичного дома, не позволяющее им расстаться со своим ремеслом, — это их долги хозяйке. Женя, путём сложных интриг оказавшаяся обладательницей большой суммы денег, раздаёт всё своим товаркам, чтобы вызволить их из «весёлого дома», а сама кончает жизнь самоубийством — после всего, что ей довелось пережить, она не способна видеть в жизни хоть какие-то светлые стороны и даже искренняя любовь мальчишки-кадета её не останавливает.

Во время похорон главной героини один из самых отталкивающих персонажей — швейцар публичного дома, прежде неустанно насиловавший всех девиц, — басит, изображая церковную службу, что создаёт карикатурную, но вполне злободневную картину. Затем эти же слова он произносит сначала спокойно, потом аффектированно, а потом выкрикивает их почти с угрозой. Эту сцену можно было бы считать финалом спектакля, однако он заканчивается ещё более эффектно. Женщины и мужчины по очереди поют романс «Миленький ты мой, возьми меня с собой». Вместо того чтобы спеть последний куплет, мужчины молчат: ответить женщинам им нечего.

Рязанские зрители дважды вызывали артистов на поклон. Впрочем, некоторая часть публики ушла в антракте — вероятно, её что-то в спектакле театра «Мастерская» возмутило.