Иные

Ещё пару лет назад, говоря о нашей великой и многонациональной стране и употребив вдруг слово «русский», ты мог услышать корректную, тихо произнесённую ремарку ― «не русский, а российский». Сейчас быть русским и заявлять об этом стало не только не стыдно, но и модно. Национальный вопрос ― в тренде: редкий политический деятель не считает делом первостепенной важности говорить об этой, оказывается, вековой проблеме.

Излюбленный демократами термин «толерантность», вбиваемый в головы школьников и студентов на протяжении последних лет, уже просто надоел. Да и что за слово-то такое? По сути, то, к чему нас призывали и призывают, ― это терпеть, причём терпеть не таких, как мы. А терпеть можно только то, что нам ну никак не нравится, ― мы терпим фанатов «Зенита», тёщ, жару, зубную боль, иное и иных. А в нашей многонациональной стране, как обнаружилось, иных намного больше, чем казалось, особенно если приглядеться. Общее нивелирование этого вопроса в нулевых привело к возникновению ментального конфликта, который в своё время вылился в крыловские «Русские марши». Осуждающая интеллигенция, поправляя очки в роговой оправе, с ужасом посматривала в сторону «пацанвы» в гриндерах. Оно и понятно ― подобный национализм, взращённый на идее «осевой нации» и удобренный силами быдлоты, начитавшейся правой радикальной литературы (начитавшейся, кстати, ― это в лучшем случае), вполне мог вырасти в типичный шовинизм. А этого в стране с имперской историей и размерами происходить не должно.

Непонятно как вывалившиеся в оффлайн (на Болотную и Сахарова) многочисленные жители онлайна продемонстрировали свою массовость по сравнению с бритоголовыми, однако идеи об особом национальном пути никуда не делись. Переродившись в речи о национальной идентичности и самобытности, национализм стал менее агрессивным, более думающим, лояльным и без особой ксенофобии. Однако в нашей стране с подавляющим большинством русских есть всё же и другие ― татары, евреи, да хотя бы и чукчи. Недавно поднятый вопрос о возвращении в паспорт строчки о национальном статусе гражданина вообще вызывает оторопь: с какой целью этот вопрос нужно отдавать на откуп бюрократии? Цивилизованное общество должно быть в состоянии регулировать подобные вопросы на неформальном уровне. Российский обыватель уже дорос до умеренного национализма, и хочется верить, что мы всё же не настолько близки к варварству, чтобы выдвигать свою национальную идентичность на первый план. Да и вообще это вульгарное сладострастие, с которым некоторые предаются внутренним разборкам, свойственно лишь ограниченным особям. Умение уважать не только себя, свой язык и конфессию, быть не «толерантным», а спокойно и без зубного скрежета воспринимающим иную культуру ― вот то, что отличает человека разумного от примата. Почему в наш век всё ещё встает вопрос национальности как предмета розни? Разумный, интеллигентный и воспитанный человек в цивилизованном мире должен хранить память о своём народе, не превознося его и уважая другие этносы, причём это должно происходить как бы априори, без вбивания в макушку гвоздей толерантности. Иначе говоря, в нормальном обществе национальной темы вообще не должно быть в повестке дня.