Невозвращение

Спектакль играется в малом зале, при отсутствии привычной сцены и без традиционных декораций. Предполагается, что игра актёров и сюжет помогут зрителю дорисовать остальное. И верно, минималистично убранное пространство попеременно превращается то в комнату детского дома, в зал приёмника-распределителя для малолетних правонарушителей, то в кабинет врача, то в придорожное кафе, то в ночную трассу или кабину КамАЗа. Богатая сценическая география служит фоном для истории злоключений выпускницы детского дома. Здесь стоит сделать реверанс исполнительнице главной роли и ведущей актрисе театра Анне Комаровой, которая, как оказалось, одинаково естественно выглядит в привычных романтических кринолинах и нынешнем костюме маленькой оборванки. Наблюдать за перевоплощением остальной части труппы не менее интересно. Вместо богатых костюмированных и фантазийных ролей актёры с явным удовольствием оттягиваются в образах людей из народа, а то и вовсе асоциальных элементов.

По ходу действия и по мере появления каждого нового героя регулярно вспоминается классическое «Верю!». И если тонкости жизненных историй девочки из детского дома большинству посетителей театра вряд ли знакомы по личному опыту, то прототипы второстепенных героев встречаются нам на каждом шагу — типажи легко узнаются и моментально сопоставляются со старыми знакомыми. Классная — суетливая наседка над своим выводком, училка литры, с придыханием из года в год талдычащая одни и те же стихи равнодушным школьникам, гыкающие гопники и уличные шалавы, сердобольные тётки, любящие пошуметь про политику и не высовывающие носа дальше собственного огорода, дальнобойщики, с упоением рассказывающие свою жизнь каждому встречному-поперечному, и многие-многие другие. При обилии героев второго плана в спектакле нет ролей «для массовки», каждый образ закончен и уместен. Да и само действие благодаря такой концентрации уплотняется, не даёт зрителю расслабиться и перевести дух.

Львиную долю женских, или вернее, «тётских» ролей в спектакле играют мужчины, представляя гротесковую копию с действительности, причём обычно не самой лицеприятной. В результате получается целая галерея блестящих шаржей на учителей, нянечек, врачей — людей по-своему неплохих, но ежедневно равнодушно проходящих мимо трагедии маленького человека. А вот равнодушно следить за развитием сюжета точно не получится. К тому же, зрителям предлагают самим принять участие в спектакле: подать милостыню беспризорнице или предъявить документы ментам.
Как это обычно случается с постановками Ярославы Пулинович, спектакль получил возрастной ценз 16+. Впрочем, ждать от него чего-то скандального или пикантного не стоит. Любителям клубнички, поклонникам искромётных комедий и фанатам фастфуда вообще стоит пройти мимо, иначе придётся заново учиться думать, чувствовать и, возможно, даже сопереживать.