Американские астронавты в Рязани признались, что верят в инопланетян

В среду в РГУ имени Есенина состоялся брифинг с участием американских астронавтов Брюса Мелника, Марио Ранко и Кэтрин Коулман. В Рязань они приехали в рамках 24-го планетарного космического конгресса (есть, оказывается, и такой). Сопровождали американцев наш земляк — дважды Герой Советского Союза космонавт Владимир Аксёнов и его коллега Владимир Ляхов (тоже дважды герой).

«Один из дней конгресса посвящён визиту делегаций в разные города, — говорит Аксёнов. — В Рязань приехала самая многочисленная делегация. Гости уже побывали на открытии выставки в Художественном музее, посвящённой 50-летию первого полёта в космос. А после этой конференции поедут в Ижевское, на родину Циолковского». Вопросы гостям задавали школьники и студенты РГУ. Интересовал их не только быт в космосе, но и глобальные вопросы.

Космос не делит людей по полу и национальности

— В Интернете прочитала, что через Солнечную систему движется комета Еленина. Говорят, что когда она проходила вблизи Марса, там были бури. Не опасно ли это для человечества? (смех и недоумение в зале).
Марио Ранко: Я об этом не слышал. Не думаю, что Земле что-то такое угрожает. Комет в космосе много. Единственное последствие, которое может увидеть человек, — это дождь из метеоров, если хвост кометы пройдёт поблизости с Землёй. Последний дождь был в августе, следующий, если не ошибаюсь, будет в октябре.
Владимир Аксенов: В Интернете вообще много всего написано, и не всему надо верить. К тому же мы всё-таки занимались пилотированием кораблей, а ваш вопрос — скорее к учёным-астрономам.

— Вопрос к Кэтрин Коулман: Есть ли что-то, что делает работу в космосе трудной именно для женщины?
Кэтрин Коулман: Каких-то особенных трудностей нет. Мне даже кажется, что в космосе работать не сложнее, чем на Земле. Трудность в том, что работать приходится в скафандре, то есть какие-то простые действия выполняются уже по-другому. А в целом разницы не вижу.
— А чего вам больше всего не хватало?
Кэтрин Коулман: Конечно, семьи! Скучала по сыну, ему сейчас 11 лет. Звонила из космоса каждый день. А со всем остальным можно мириться. Еда в космосе не очень, но привыкаешь.

— Можно ли сказать, что на Землю вернулись другим человеком?
Владимир Аксёнов: — Из любого путешествия человек возвращается другим. А вид Земли из космоса просто переворачивает сознание. Астронавт Эдгар Митчелл сказал: «Я один раз летал на Луну, но осмысливать это буду всю жизнь». Самое интересное, конечно, что из космоса не видно границ. Видимо, они — лишь издержки нашего несовершенного разума.

Жизнь есть не только на Земле!

Вопрос к Владимиру Ляхову: Вы работали в открытом космосе. Это страшно?
Владимир Ляхов: Жутко! Когда я открыл люк, передо мной была чёрная бездна. Я так вцепился в поручни, что меня бы трактором не оторвали. Потом отпустил, понял, что можно спокойно висеть рядом со станцией. Но во второй раз вцепился также.

— Верите ли вы в жизнь вне Земли?
Владимир Аксёнов: Она, безусловно, есть! Хотя никаких НЛО я лично не видел.
Марио Ранко: Цивилизации вне Земли есть, но они нас не посещали. Это объясняется размерами Вселенной. Расстояния между планетами трудно себе вообразить! Подумайте: чтобы добраться до ближайшей к Солнцу звезды на современном космическом челноке нам потребуется больше 110 тысяч лет. Для контакта с другими галактиками нужен «Энтерпрайз» (корабль из фантастического сериала «Стар трек»). Но даже с его скоростями за пределы галактики Млечный путь нам пришлось бы лететь 5 тысяч лет!

Кэтрин Коулман: Думаю, жизнь есть не только на Земле. А ещёмне очень понравился ваш вопрос: здорово, что вы думаете о таких глобальных вещах!
Брюс Мелник: Согласен с Марио. Не думаю, что мы одни во Вселенной. Но в возможность контактов в прошлом, настоящем или будущем не верю.

— Как вы думаете, возможна ли полноценная жизнь человека на других планетах?
Владимир Аксёнов: Полноценная —нет! Человеческий организм не приспособлен к невесомости.
Владимир Ляхов: Ну, не знаю. Мне в первые три дня первого полёа было плохо, вплоть до рвоты. А потом привык и чувствовал себя прекрасно. Единственное — очень тяжело при возвращении на Землю. Я не только встать — руку поднять не мог.
Кэтрин Коулман: Действительно, невесомость на организм воздействует не очень хорошо. Например, меняется структура костей, они становятся менее прочными. Но сейчас астронавтам дают профилактические лекарства, люди в космосе работают на специальных тренажёрах. В общем, наука не стоит на месте и потихоньку уменьшает негативные воздействия.
Брюс Мелник: Кстати, при работе в космосе не ощущаешь мышечной усталости — гравитации-то нет! И спать не хочется. На орбите мы, вопреки советам докторов, спим по 2-3 часа в сутки.

— А в свободное время чем занимаетесь?
Владимир Аксёнов: А свободного времени почти нет, очень много работы. Но если появляется, то любимое занятие у космонавтов — смотреть в иллюминатор на Землю. За ней можно наблюдать бесконечно (остальные согласно кивают головами, а Марио Ранко показывает большой палец).
— Когда человек полетит на Марс?
Владимир Аксёнов: Траектории для такого полёта разработаны ещё в КБ Сергея Королёва. В 70-е рассчитали стоимость. Она, кстати, гораздо меньше военных бюджетов крупных стран. Так что дело за малым — решиться! А после того, как задача будет поставлена, понадобится лет 7-10, не больше.

Виктор Граков