Поделиться:
5 апреля. Вода немножко прибывает
Христос Воскресе!
Медленно-медленно прибывает вода на поле. Может быть, она движется по ночам? Или по миллиметрам?
Христос Воскресе!
Медленно-медленно прибывает вода на поле. Может быть, она движется по ночам? Или по миллиметрам?
Жаворонки волнуются и переживают.
Одна из причин — залиты поля, которые они себе наметили в качестве «своих». Приходится соседям делить одну сухую косу на троих, а то и на пятерых.
Вторая причина — народ культурно отдыхает. Весь луг, помеченный восьмеркой , выжжен, кроме нескольких островков.
Поле рядом, которо справа от дороге, пока желтое. В суббботу мы успели погасить там один костер, но вы сами понимаете...
В мокрых зарослях пасутся утки и селезни. То вместе, то раздельно.
Селезни с трудом переносят разлуку с уточками. Только соскучится — и бегом-бегом-бегом к подружке.
За старым сорочьим гнездом луг затоплен, но осталась узкая полоска, там, где вываливали глиняный гребень. Там, в зарослях, пасутся птицы.
То и дело пролетает с криком какой-то кулик, который не чибис. По голосу, кажется, травник, но я их плохо различаю, когда не могу разглядеть.
Прилетели и поют камышовые овсянки. Одну, как ни странно, удалось уговорить, чтобы она вылетела из куста, где исполняла свою немудреную арию, на ветки с хорошим освещением.
Мне даже минут пять пели на бис.
В четвертом поле пасутся вороны и чибисы.
Последние, кстати, пока выперли первых с навозов. Да, забыла отметить на карте — полоска навозов тоже под водой — то ли талой, то ли той, которая сочится по каналам со стороны городских прудов.
Хорошо с утра в поле. И все меньше становится места для мойки машин на дороге.
Медленно-медленно прибывает вода на поле. Может быть, она движется по ночам? Или по миллиметрам?
Жаворонки волнуются и переживают.
Одна из причин — залиты поля, которые они себе наметили в качестве «своих». Приходится соседям делить одну сухую косу на троих, а то и на пятерых.
Вторая причина — народ культурно отдыхает. Весь луг, помеченный восьмеркой , выжжен, кроме нескольких островков.
Поле рядом, которо справа от дороге, пока желтое. В суббботу мы успели погасить там один костер, но вы сами понимаете...
В мокрых зарослях пасутся утки и селезни. То вместе, то раздельно.
Селезни с трудом переносят разлуку с уточками. Только соскучится — и бегом-бегом-бегом к подружке.
За старым сорочьим гнездом луг затоплен, но осталась узкая полоска, там, где вываливали глиняный гребень. Там, в зарослях, пасутся птицы.
То и дело пролетает с криком какой-то кулик, который не чибис. По голосу, кажется, травник, но я их плохо различаю, когда не могу разглядеть.
Прилетели и поют камышовые овсянки. Одну, как ни странно, удалось уговорить, чтобы она вылетела из куста, где исполняла свою немудреную арию, на ветки с хорошим освещением.
Мне даже минут пять пели на бис.
В четвертом поле пасутся вороны и чибисы.
Последние, кстати, пока выперли первых с навозов. Да, забыла отметить на карте — полоска навозов тоже под водой — то ли талой, то ли той, которая сочится по каналам со стороны городских прудов.
Хорошо с утра в поле. И все меньше становится места для мойки машин на дороге.
Метки: птицы , экология , разлив